ID работы: 14524945

Грязный поток

Гет
NC-17
В процессе
78
автор
Размер:
планируется Макси, написано 111 страниц, 17 частей
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено с указанием автора и ссылки на оригинал
Поделиться:
Награды от читателей:
78 Нравится 35 Отзывы 25 В сборник Скачать

Глава 16

Настройки текста
Примечания:
Марволо Гонт, как начала называть его про себя Лили – рассудок отказывался связывать его с Волдемортом из будущего, – несколько часов назад отбыл в Министерство в компании едва приведённого в относительный порядок Северуса Снейпа. Несмотря на то, стрелки часов едва перешагнули полдень, Вальбурга отправилась в свои покои, оставив Лили одну и наказав дождаться его возвращения. Лили было страшно, но сбежать, не зная, что с Северусом и Сириусом, она не могла. Поэтому она устроилась в гостиной, в жёстком, неудобном кресле, и рассеянно листала том сказок Барда Биддля, перескакивая с абзаца на абзац и толком не вчитываясь. Кажется, и она задремала. Её разбудила вспышка в камине, и появившийся из языков пламени Марволо Гонт шагнул в гостиную. Северуса с ним не было. – Леди Блэк наверху, – мгновенно проснулась Лили, освобождая кресло. – Это хорошо, – ещё более устало, чем несколько часов назад, сказал Гонт. Из голоса пропали стальные нотки, но Лили всё равно вздрогнула. – Вальбурге следует отдохнуть. Новости её не обрадуют. Наследника Блэк не выпустили. Назначили слушанье – дата пока неизвестна, но уже после пасхальных каникул. – Но почему? – глаза Лили округлились. – Северуса же нашли! – Мисс Эванс, – Марволо Гонт опустился в кресло и щедро плеснул в бокал коньяк, – мистер Снейп прекрасно помнит, кто заколдовал его. Это был Аберфорт Дамблдор. Разумеется, я настоятельно посоветовал ему об этом помалкивать. Как и об анимагической форме. Нам явно не нужен второй ученик Хогвартса в Азкабане. Надеюсь, после моей подсказки вы начали понимать, что происходит? – Директор… зачем-то избавляется от наследников тёмных семей? Северус… он же Принц! Но какая у этого цель? – Цель… – Марволо Гонт усмехнулся. – Юные всегда пытаются свести множественность к понятной единице. И поэтому пазлы, которые следует подставлять к разным головоломкам, у них рассыпаются. Впрочем, если так будет понятней – у Дамблдора несколько целей. И одна из промежуточных – влияние на учеников. Вспомните отправную точку, цепочка событий после которой привела к заключению наследника Блэк. – Я обнаружила зелья в его пище на пиру, – нахмурилась Лили. – Почти верно. Но что именно помогло обнаружить их? – Родовое кольцо. Но… – Альбус Дамблдор – великий стратег. Он видит связи, – Марволо Гонт почти дословно повторил слова Северуса. – К зельям доверия прибегают крайне редко. Последователь, полученный таким образом, может действовать импульсивно, его когнитивные способности снижены. Вальбурга воспитала сильного наследника – без зелий влиять на него было бы невозможно. – Значит, Дамблдор опаивает учеников зельями? – Вы плохо слушаете, – рассмеялся он – видимо, мысль Лили ему показалась забавной. – Полагаю, вас интересует судьба сочувствующих идеям директора однокурсников. Что ж – едва ли они находятся под действием зелий. Или вы полагаете, что все юные умы обладают достаточной способностью к рефлексии, чтобы вычленить чужое влияние? Бросьте. Для подростка даже мысль о том, что идеи, которыми он живёт – не его – сама по себе страшное испытание. Тем не менее, влияние, которое мы осознаём, влияет на нас куда больше, чем то, которое мы принимаем. – А Сириус… – Осознавал. Побороть действие зелья, пусть остаточное – гораздо труднее, чем сбросить Империус. И именно поэтому Сириус Блэк стал неучтённым фактором в прекрасном плане, в котором наследники тёмных семей добровольно отказываются от развития своих способностей, выбрасывая накопленное столетиями – разумеется, ради высшего блага. Дамблдор, как я полагаю, видит в этом безопасное и стабильное будущее. Волшебников, способных разве что завязывать магией шнурки. Прозрачность, ясность и одномерность. Блэк в Азкабане – это напоминание ученикам о том, что бывает, если решил начать задавать вопросы о границах добра и зла. Это сплотит гриффиндорцев – насколько я знаю, на этот факультет у директора всегда было особое влияние, заставит сомневающихся с Хаффлпафа и Равенкло не высовывать носа, а Слизерину продемонстрирует, у кого действительно есть власть. – А Северус? – Было бы глупо думать, что председателю Визенгамота неизвестно о вашем изменившемся статусе, мисс Эванс. И глупо было бы не заметить, что вы состоите в отношениях с юношей, увлечения тёмными искусствами которого вряд ли прошли мимо внимания Дамблдора. Наследницу Слизерина лучше держать при себе. Я полагаю, он рассчитывал, что вы придёте к нему за помощью, увидев новую семейную сову Уизли. Особенно после демонстративного ареста наследника Блэк. Но он ошибся. В связи с этим я также предполагаю, что директору, к счастью, известно о вас далеко не всё. А сейчас, полагаю, будет лучше, если вы вернётесь домой. Вскоре к вам прибудут из министерства - устанавливать чары на дом. – Вы… просто так отпустите меня? – Лили не поверила своим ушам. Она предполагала, что Марволо Гонт дорого спросит за спасение Северуса. Тот посмотрел на неё с интересом. – В качестве платы, – он усмехнулся, но голос вновь приобрёл пугающие оттенки, – вы придёте на следующее собрание. Разумеется, вам придётся постараться, чтобы избежать… последствий. Северус обнаружился на их любимом месте – на детской площадке, скрытой в тени деревьев неподалёку от её дома. Он сидел на качелях и раскачивался, не отрывая ног от земли. Едва увидев Лили, он встал и шагнул ей навстречу. В тёмных брюках и такой же тёмной рубашке он выглядел совсем взрослым; лоб прочертила едва наметившаяся морщинка. Он прижал Лили к себе, и поцеловал – уверенно и глубоко, так, как никогда не целовал раньше. *** Возвращение Северуса и заключение в Азкабан Сириуса наделало переполоха среди учеников. В первый же день Северуса пытались останавливать в коридорах, а один раз к нему, набравшись смелости, пристала с вопросами даже гриффиндорка Мэри МакДональд. Северус, уже начавший подумывать ходить по Хогвартсу под дезилюминационными чарами, всё свободное время проводил, скрываясь в Выручай-Комнате в компании Лили. Надежды на то, что любопытство учеников через пару дней уляжется, не оправдались, и поэтому они коротали субботу за занятиями по окклюменции. У Лили никак не выходило закрыться от легелимента при длительном прямом контакте. Они занимались уже полчаса, когда Северусу внезапно стало нехорошо. Это случалось уже несколько раз, когда он уставал – остаточный эффект от длительной трансформации. Как назло, весь запас укрепляющих зелий, что Северус успел сварить до заключения в анимагическую форму, иссякли. — Придётся идти к мадам Помфри, — поморщился он. Лили озабоченно погладила его по голове. — Я провожу. — Не стоит, я быстро. Сейчас освоить этот приём тебе жизненно необходимо. Пока я буду в Больничном крыле, изучишь главу из той книги, что дал тебе Блэк. Но у Лили без Северуса никак не выходило сосредоточится на чтении. Спустя десять минут она отложила книгу и начала бродить по Выручай-Комнате, которая в этот раз была обставлена по вкусу Северуса. Сейчас она представляла собой маленькую библиотеку - плотные ряды стеллажей, кресла у жарко натопленного камина… Вдруг отблеск на каминной полке привлёк её внимание. Сперва она решила, что ей показалось, но, подойдя ближе, она увидела крошечный оловянный котелок, который сперва приняла за чашу для летучего пороха. Жидкость, плескавшаяся в котелке, напоминала молочный дым. Лили, помня рассказ Люсьена о том, как в Португалии он дотронулся рукой до неизвестного зелья, а потом очнулся спустя неделю, вынула палочку и направила на поверхность котла струю воздуха. Дымка пошла рябью, и вдруг на ней, как на зачарованной фотографии, проявились теплицы Хогвартса, а рядом – едва различимая в сумерках фигурка, подозрительно похожая на Северуса. Ругая себя за неосторожность, Лили приблизилась к котелку, пытаясь рассмотреть картину, и коснулась носом поверхности. Тут же её закружил туманный водоворот, и спустя миг её выбросило прямо перед теплицами. Ветер пронёс по вечернему небу спираль из осенней листвы и пыли. Северус стоял у шестой теплицы, то и дело нетерпеливо поглядывая на башенные часы. Лили приземлилась напротив него, но он будто бы не заметил этого. — Северус! — взволнованно произнесла Лили, но тот не отреагировал. Она подошла к нему вплотную, помахав рукой прямо перед его лицом, и, когда и это не помогло, дотронулась до плеча – пальцы прошли насквозь. «Воспоминание», — догадалась Лили. А ведь она читала в Геллерт-холле об Омутах памяти, хотя самой ей никогда не доводилось их видеть. Омуты памяти - артефакты баснословно дорогие и редкие. Но котелок в Выручай-комнате вряд ли был, собственно, артефактом – воспоминания при желании можно поместить в любую нейтральную ёмкость, вроде того же котла для зелий, другое дело, что в таком виде они хранились не более пары часов. Лили нахмурилась. К теплицам приближалась худенькая девушка с белёсыми косами и глазами навыкате. – Пандора, – поприветствовал Северус. – Я получил твою записку. Думаю, миссис Спраут согласиться одолжить несколько листьев мандрагоры – у Слизнорта они, к сожалению, закончились. Надеюсь, объяснение не займёт много времени – видишь ли, я не репетитор по зельям, и у меня полно своих дел. – Я… на самом деле, я не по поводу учёбы, – тихо сказала Пандора. Северус вскинул бровь. – Северус, ты очень п-помог мне с теми чарами… И с зельем на уроке сегодня, – в её чеканную речь вклинилось лёгкое заикание, щёки вспыхнули, но взгляд, которым она смотрела на Северуса, был стальным. – Ты не хотел бы сходить со мной п-послезавтра в Хогсмид? Лицо Северуса приобрело скучающее выражение. – Не хотел бы, – прохладно ответил он. Картина переменилась. На этот раз Лили не сразу отыскала Северуса и Пандору среди полной учеников библиотеки. Они сидели за дальним столом у окна и о чём-то оживлённо спорили. Лили подошла ближе. – …и он заболевает каждое полнолуние! И его боггарт на вчерашнем уроке Защиты – ты сама говорила – превратился в луну! Пандора накрыла его руку, которой он до хруста сжимал перо, своей крошечной ладонью, и тут же взвизгнула, подскочив на стуле. – Эй, за что жалящее?! – Я просил не прикасаться ко мне, – хмуро сказал Северус. – Это из-за неё? Из-за Эванс? – Это не твоё дело! – начал сердиться он, торопливо поднялся на ноги и захлопнул учебник. Мадам Пинс неодобрительно покосилась на шумный столик, приложив палец к губам. – Я на сегодня закончил. Северус побросал учебники и недописанное эссе в сумку и, взмахнув полами мантии, направился к выходу. Лили невидимой тенью поспешила за ними, скользя мимо столов и дважды пройдя сквозь закрывших проход учеников. Пандора бросилась следом, нагнав Северуса у лестницы. На несколько пролётов ниже Лили с удивлением увидела саму себя. – Я знаю, что ты задумал и не позволю тебе даже пытаться лезть в Визжащую Хижину и доказывать этой Эванс, что Поттер и Люпин нарушают правила. Северус, на Равенкло всем и без твоего героизма известно, что Люпин — оборотень. И что Поттер, возможно, анимаг. А, если это известно нам, соответственно, это знают и их декан, и директор. — Но, Пандора… — Что "Пандора"? Их не исключат, даже если тебя покусает оборотень, а он — покусает, если ты туда сунешься, будь уверен. Никто не исключит наследника рода Поттер. А вот тебя… — Хорошо, обещаю не лезть, — после паузы выдал Северус. Лицо его было мрачным. — Признаться, я не ожидал, что воронам известно то, что я полагал тайной, — пробормотал он. — Видишь, я освободила тебе выходные, — без веселья в голосе пошутила Пандора. — Значит, мы могли бы сходить вместе в Хогсмид, или, может, на озеро… — Нет, в десятый раз повторяю, — отрезал Северус. — Но почему? Тебе ведь было интересно обсуждать со мной эксперименты на стыке зелий и чар… Ты сам говорил, что я умная и блестящий молодой учёный! — И как из этого следует, что я должен ответить на твои… странные предложения? — едва ли не прошипел он. — Но почему нет? Неужели я совсем тебе не интересна, как женщина? — Пандора, — сейчас Северус выглядел вовсе не робким юношей, каким он был с ней, с Лили. Он летучей мышью нависал над крошечной Пандорой, которую был едва ли не вдвое выше. — Ты - маленький надоедливый ребёнок. — Я старше тебя, — вспыхнула Пандора. — Мне скоро семнадцать! Сев, я читала все твои статьи в «Вестнике Зельевара»! Назови хотя бы ещё одну девушку, которая может процитировать их? Вот, например: на шестой странице в четыреста втором номере ты пишешь, что листья мандрагоры вступают в реакцию с руноцветом, и из этого следует… — Тыквенный сок, — оборвал её Северус. — Что? Я не понимаю… - она всё же поймала его за локоть. — Вот именно. Ты прочитала все мои статьи, но ты не знаешь, что я люблю тыквенный сок. Он сбросил руку Пандоры, развернулся на каблуках и зашагал прочь. Мир вновь поплыл, и через миг Лили увидела Северуса стоящим под струями воды в душевой факультета. Она с лёгким волнением отметила, что обнажённый, он был по-своему красив – высокий, хоть и чересчур худой, с волосами, покрывающими грудь и кудрявой дорожкой на животе. Северус стоял, обхватив лицо ладонями, и, кажется, плакал. Лили вспыхнула, подумав, что, если бы душевые Слизерина были бы такие же маленькие и тесные, как кабинки у гриффиндорцев, то ей пришлось бы стоять к Северусу слишком близко. В дверь постучали. — Пошёл вон, Рег! Я просил, чтобы меня оставили в покое! — прорычал Северус и с размаху выбил тонкую дверь душевой кулаком с уже содранными костяшками пальцев. — Ты, — простонал Северус, поспешно набрасывая на себя огромное полотенце, которое, впрочем, моментально намокло. За дверью стояла Пандора. — Как ты, твою мать, вошла? Северус сплюнул на пол мыльную пену – последствие поттеровского «Экскуро». — О, подобрать пароль оказалось довольно просто. «Василиск» - надо же было придумать… Вот у нас, чтобы пройти в башню, нужно отгадать загадку. И не всегда это удаётся с первой попытки. Один раз мне достался вопрос про колпак колдуна и гиппогрифа… — Тебе показать, где выход?! — взревел Северус. — УБИРАЙСЯ! — Но тут больше никого нет, — пожала плечами Пандора. На неё летели брызги, но Пандору, кажется, это ничуть не заботило. — Я видела, что произошло за завтраком. Я волновалась за тебя. Ты расстроился из-за Эванс? — Я назвал её… этим словом. Это вырвалось. ВЫРВАЛОСЬ! Лили никогда меня не простит, — он занес кулак для очередного удара в дверь душевой, но Пандора перехватила его. — Ты можешь назвать меня «этим словом» и дюжину раз, я не обижусь, — строго сказала она. — Смотря в какой ситуации. Может, мне это даже понравится. Пандора зашла в кабинку и буднично захлопнула за собой дверь. Её волосы и мантия тут же насквозь промокли. — Мне проклясть тебя?! — Северус смотрел на неё бешеным взглядом. — Ты понимаешь, что я не одет?! — Я достаточно взрослая для того, чтобы меня не смущала разница в физиологических подробностях. — Ты идиотка! Вон! Он развернул её и попытался вытолкать за дверь, но дверь не поддалась. Пандора резко сорвала мокрое полотенце с его бедёр и бросила на кафельный пол. — Уйди, — уже сдавленно попросил Северус. — Если ты стесняешься, я тоже разденусь, — сказала она и, присев, провела пальцами по своду его ступни. — Олливандер! — простонал он, закрыв глаза. — Мерлин и Моргана, я – мужчина! Если ты не хочешь наделать глупостей… Пандора, не вставая с пола, потянулась и поцеловала его в коленку, с каждым последующим поцелуем поднимаясь всё выше. Её косы от воды распустились, и сейчас, обрамлённая струями воды и пара, поднимающегося от пола, она походила на утопленницу с призрачно-белой кожей. Лёгким движением плечей она скинула с себя мантию, и теперь под форменной рубашкой была видна едва наметившаяся грудь. — Ты не виноват в этой ссоре, — сказала она, продолжая целовать его – теперь вокруг паха. — Этот Поттер – настоящий орангутанг с палочкой. Я даже не думала, что он способен на невербальное… Лили, наблюдавшая за тем, как перекашивалось и плыло лицо Северуса – словно свечка с дешевым, мгновенно таящим воском, подумала, что сейчас он пугал её куда больше, чем Марволо Гонт на площади Гриммо. Северус оттолкнул Пандору, схватил её за волосы и рывком поставил на ноги. — Ты. Рассказала. Поттеру. О моём заклинании?! — отчеканил он каждое слово. Его перекошенное от гнева лицо застыло прямо напротив лица Пандоры. — Может быть… Я не уверена… Г-грифы так громко обсуждали в библиотеке, что не могут найти эти чары… А я сказала, что ты их сам изобрёл – эти М-мародёры считают тебя хуже, чем они, а сами, наверное, не способны создать даже чары для ковыряния в носу… В-вот и, слово за слово… Северус развернул её, с силой прижал к стене и, дернув за юбку, разодрал ткань, сжав худые бедра так, что его ногти до скрипа впились в бледную кожу. Пандора всхлипнула. — Хочешь, можешь назвать меня г-грязнокровкой… Больше Северус не сдерживался. Лили несколько долгих секунд смотрела, как он срывает с Пандоры остатки панталон в мелкий цветочек, и грубо, резко входит в неё, вбивая всхлипывающую Пандору в стену душевой, стискивает её белые волосы, словно кусок материи, и, не в силах смотреть дальше, зажмурилась. — Идиотка, — прогремело в ушах рычание Северуса. — Ты не стоишь даже её носового платка. Лили всё же открыла глаза, когда звуки биения тел, как ей казалось, оборвались, и увидела, как Северус выходит из неё и вдруг сдавленно произносит её, Лили, имя. Пандора повернулась к нему – с лихорадочным румянцем и расцарапанной отсутствующей грудью, впилась взглядом в его чёрные глаза, и под ним Северус с каждым мгновеньем бледнел. Она подняла свою маленькую ладошку, легко, но громко хлопнула его по лицу, и, собрав остатки одежды, вылетела из душа, оставив Северуса стоять под струями воды.
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.